Оценка человеческого потенциала

26 января 2011 года в рамках презентации исследования «Здоровье нации и человеческий потенциал устойчивого развития» прошло представление методологии и промежуточных результатов подготовки рейтинга экологически устойчивого развития субъектов РФ.

Оценка человеческого потенциала экологически устойчивого развития регионов России

Понятие устойчивости с каждым годом все больше входит в нашу жизнь. Мир сотрясают экономические катаклизмы, понятие «экологический кризис» прочно вошло в лексикон домохозяек, а природные и техногенные катастрофы — ежедневная тема СМИ. Мир теряет устойчивость, но, несмотря на популярность темы, понятие устойчивости сегодня почти не используется в практике принятия решений органами государственного управления и бизнесом. Причина этого парадокса состоит в том, что устойчивость трудно выразить количественно и оценить. А это значит, что, возможны ситуации, когда региональные или хозяйственные системы объективно теряют устойчивость, а управляющие этими системами топ‑менеджеры и не подозревают о необходимости приглашать на свое место новых менеджеров уже с приставкой «кризисный». С другой стороны, в современном обществе распространено антропоцентрическое убеждение, что устойчивое развитие — это процесс, который обеспечивает высокое качество жизни людей. Но и здесь кроется подвох: это качество может оказаться крайне неустойчивым.

Для составления рейтинга регионов по человеческой компоненте потенциала устойчивого развития, необходимы научно обоснованные количественные индикаторы, характеризующие не просто качество жизни, а устойчивость человеческих популяций в разных регионах. Фактически это постановка задачи на научное обоснование (и практическое применение) индикаторов жизнеспособности региональных человеческих популяций и экологических факторов, влияющих на рост или падение жизнеспособности.

Существующие международные индексы (конкурентоспособности, человеческого потенциала, экологической устойчивости) дают детальную характеристику отдельных компонентов развития. Однако, отражая детали, они не выделяют как главную компоненту оценку характеризуемых систем как целостности, обладающей способностью к устойчивому существованию (самосохранению). Без таких главных критериев эклектичный набор показателей отражающих свойства элементов системы может давать случайные результаты. Всякая система — это не просто набор элементов, а взаимосвязанная целостность, обладающая свойствами, возникающими только при взаимодействии элементов. Эти целостные (эмерджентные) свойства не выводимы из свойств составляющих элементов и могут быть выявлены лишь при использовании системного подхода, который и используется в настоящей работе.

Теоретические основы оценки потенциала устойчивости человеческих популяций в регионах России

УСТОЙЧИВОЕ (САМОПОДДЕРЖИВАЕМОЕ) РАЗВИТИЕ (SUSTAINABLE DEVELOPMENT) подразумевает такое развитие, при котором остается неизменным или растет во времени запас капитальных активов, в число которых входит и человеческий капитал (а именно жизнеспособность человеческой популяции). В качестве единой методологической основы для измерения человеческой компоненты потенциала устойчивого развития в данной работе используются постулаты и законы Общей Теории Систем (ОТС).

С понятием «устойчивое развитие» в России злую шутку сыграла неточность перевода, когда слово «самоподдерживающее» перевели как «устойчивое». В бытовом и близком к нему политическом восприятии «устойчивое развитие» это поступательный рост уровня жизни, производства, оплаты труда и т.д. Если такой рост во всех сферах прерывается или меняется спадом — говорят о кризисе.

Людское население регионов страны можно рассматривать как популяционные системы. Именно так население исследуют, пожалуй, только демографы. Для того чтобы оценить человеческий потенциал устойчивого развития отдельных регионов с системных позиций, надо найти способ количественной оценки такому свойству человеческой популяции как жизнеспособность. Жизнеспособность — это фактически способность к самоподдерживающему развитию — ключевому свойству устойчивых живых систем.

Понятие устойчивости (жизнеспособности) имеет множество трактовок. Наиболее общее определение звучит так: устойчивость — свойство системы совпадать по признакам после вызванных любыми факторами изменений. Человеческие популяции как системы, которые существуют и сохраняют себя, могут быть количественно сопоставлены по показателю «способности совпадать по признакам после произошедших изменений». Критерием такой способности является изменчивость ключевых признаков системы.

Поясним на примере. Пилот самолета, совершающего устойчивый полет, глядя на приборную панель, докладывает диспетчеру или руководителю полетов: «Параметры системы в норме». Норма и отклонения от нормы — вот тот методологический инструмент, который позволяет количественно оценить устойчивость/неустойчивость системы.

Значительная и регулярная изменчивость ключевых параметров системы отражает, с одной стороны, её собственную неустойчивость, с другой — наличие стрессов или воздействий разных факторов на систему. Если мы сравниваем системы одного рода, то более частые и масштабные отклонения ключевых показателей будут фиксироваться в тех системах, которые имеют пониженную собственную жизнеспособность.

Напомним, что устойчивость — это способность системы сохранять себя после изменений. Соответственно, регулярность и амплитуда изменений в системах одного рода напрямую связана с устойчивостью и может быть использована для диагностики жизнеспособности. Такой подход к оценке основан на том, что воздействие — и внешнее, и внутреннее — влияет на систему, и её параметры отклоняются от «нормы». Когда воздействие заканчивается, параметры системы возвращаются к норме. Частое изменение базовых параметров отражает «чувствительность» системы к воздействиям, т.е. её неустойчивость. Соответственно, об устойчивости системы можно судить по низкой изменчивости (вариации) некоторых ключевых признаков.

Оценка потенциала жизнеспособности человеческих популяций в регионах России

Для характеристики потенциала устойчивости человеческих популяций использованы индикаторы, непосредственно отражающие стабильность/вариабельность жизнеспособности населения в разных регионах страны.

Для оценки экологических условий как факторов качества жизни человека обычно используют биоиндикацию, когда степень изменения среды оценивается по реакции видов‑индикаторов. Однако логично предположить, что при проведении системных исследований влияния факторов окружающей среды на условия жизни человека для индикации этих условий наиболее подходящим объектом является сам человек! А это значит, что сравнивать регионы надо по демографическим показателям и показателям здоровья людей.

При выработке подхода к решению задачи сравнения регионов мы исходили из необходимости найти комплексный показатель жизнеспособности человеческой популяции. Дело в том, что жизнеспособность человеческой популяции, в отличие от её численности, половозрастного состава и ещё множества других характеристик, не имеет прямого статистического наблюдения. Проведенный анализ привел нас к несколько парадоксальному выбору: мерой жизнеспособности, то есть способности популяции к жизни, является … смертность, правда, с обратным знаком.

Смертность (количество умерших за год на 100 000 человек населения) — показатель весьма удобный для количественных сравнений регионов. Во‑первых, он очень надёжно измеряется. Статистика ведется давно и подробно: по основным причинам смерти, по группам населения, отдельно по городскому и сельскому населению, по возрастному составу и по мужчинам и по женщинам. Во‑вторых, смертность отражает именно смерть, тогда как статистика заболеваемости может отражать «обращаемость» или развитие медицинской инфраструктуры и качество диагностики. Кроме того, с системных позиций важно, что общая смертность относится ко всей популяции (системе), а не к какой‑то её части.

Однако и показатель общей смертности не всегда прямо характеризует жизнеспособность популяции, поскольку смерть человека часто имеет социальную природу и не связана с физическим здоровьем данной популяции. Значительная часть смертей происходит в результате несчастных случаев, как следствие пьянства, убийств и самоубийств. Очевидно, что эти причины смерти вполне могут характеризовать социальное, но не физическое здоровье популяции, и совсем уж мало связаны с экологическими условиями жизни. Поэтому, чтобы сравнить биологическую жизнеспособность человеческих популяций разных регионов, нужно исключить из расчетов показатели внешних причин смерти (насильственных, вызванных катастрофами или социальными обстоятельствами) и оставить для анализа только показатели смертности от причин более «естественных» — инфекционных заболеваний, новообразований, болезней органов кровообращения, дыхания, пищеварения и т.д.

Есть и другие нюансы, которые необходимо учитывать при использовании статистических данных об общей смертности для оценки жизнеспособности человеческих популяций. Так, региональные различия по среднему уровню смертности от естественных причин нельзя напрямую интерпретировать как различия в жизнеспособности человеческих популяций регионов. Дело может быть в возрастной структуре популяций и особенностях жизни, которыми уровень смертности зачастую и определяется. Старая популяция имеет большую смертность, в районах нового освоения популяция имеет особую структуру смертности, определяемую особенностями поведения населения, «лёгкого на подъём». Даже переход к стандартизованным (осредненным по возрасту) показателям смертности не дает картины жизнеспособности популяции, потому что слишком велики особенности, связанные с расселением, конфессиональной принадлежностью, вредными привычками и бытовыми условиями.

Таким образом, возможности уникального по достоверности и полноте статистического массива не применялись для количественного сравнения естественного уровня жизнеспособности человеческих популяций в масштабах субъектов Российской Федерации. Профессиональные демографы и медицинские статистики предпочитают работать со статистикой конкретных заболеваний людей (особенно детей) вокруг отдельных предприятий, но избегают делать какие‑либо выводы о качестве жизни и жизнеспособности крупных региональных популяций на основании общей статистики смертности.

Опираясь на методологические принципы Общей Теории Систем, мы предприняли попытку корректной оценки жизнеспособности популяций по статистике смертности на уровне российских регионов. Изменчивость ключевых параметров человеческой популяции отражает, с одной стороны, её собственную неустойчивость, а с другой — наличие стрессовых воздействий. Если мы сравниваем человеческие популяции разных регионов, то более частые и масштабные отклонения показателя жизнеспособности (величина, обратная смертности от «естественных» причин), объективно, должны происходить в тех регионах, жизнеспособность населения которых ниже. Другой причиной значительных колебаний параметров жизнеспособности могут быть более сильные внешние стрессы в регионах, в т.ч. связанные с экологическими условиями жизни. С точки зрения оценки жизнеспособности человеческой популяции нас интересуют обе названные причины.

Поясним это чуть более конкретным примером. В какие‑то моменты воздействие внешних или внутренних факторов на человеческую популяцию региона вызывает прирост смертей по сравнению с обычной нормой. Очевидно, что чем этот прирост больше, тем чувствительней популяция к воздействиям, вызвавшим эту дополнительную смертность. Например, задымление Москвы от лесных пожаров давало по оценкам медиков от 50 до 200 дополнительных случаев смерти в день, регистрируемых по одной из естественных причин.

Количественной мерой частоты и масштаба отклонения смертности от средней нормы, которая в разных регионах различна из‑за возрастной структуры и образа жизни, является среднее квадратичное отклонение значений смертности от среднего многолетнего уровня смертности. Этот показатель называется вариацией признака, и по его величине можно проводить корректные сравнения человеческих популяций разных регионов, интерпретируя их в категориях жизнеспособности и устойчивости.

Для количественной оценки уровня и основных тенденций в изменении жизнеспособности региональных человеческих популяций по всем регионам России собраны данные по уровню смертности от основных «естественных» причин, а также общей смертности и смертности от внешних причин:

Для выполнения расчетов средних многолетних значений, среднего квадратичного отклонения, коэффициентов вариации и средних многолетних тенденций из информационных ресурсов Росстата нами использованы полные ряды данных о по‑причинной смертности городского и сельского населения в период с 2000 по 2009 гг.

Алгоритмы расчета показателя популяционной устойчивости
Оценка вариации смертности от отдельных причин

Индикатором устойчивости (способности человеческой популяции сохранять параметры жизнеспособности при внешних и внутренних изменениях) является низкая вариация показателей смертности от причин, не связанных с социальными процессами (т.е. кроме убийств, самоубийств, ДТП и производственных травм, отравлений, утоплений и прочих внешних причин смерти). Для каждой из естественных причин смерти органы статистики ежегодно определяют показатель смертности на 100 000 человек населения раздельно для городского и сельского населения. Нами для расчета вариации (величины отклонения значений смертности в конкретный год от среднего многолетнего) выбраны данные для периода 10 лет (с 2000 по 2009 г.), а по Чечне и Ингушетии — для периода 6 лет (с 2004 по 2009 г.).

Для каждого региона вначале определяется средний многолетний уровень смертности от каждой из причин у сельского и городского населения.

Смертность средняя (См΄) = (См00+См01+См02+См03+См04+См05+См06+См07+См08+См09)/10

Затем вычисляется среднее квадратичное отклонение смертности в конкретные годы от средней многолетней для десятилетнего периода:

Среднее квадратичное отклонение = (Σ(См00‑См΄)^2+…(См09‑См΄)^2)/10

Корень квадратный из среднего квадратичного отклонения соотносится со средним значением смертности от каждой из причин. Этот показатель выражается в долях или в процентах. Он показывает, на сколько ежегодно отклоняется показатель смертности от среднего для данной причины в десятилетний период.

Вариация = Среднее квадратичное отклонение/Смертность средняя

Карта 1. Вариация смертности городского населения от болезней системы кровообращения (2000‑2009 гг.)

Здесь и в дальнейшем на картах, использующих полихромную (красно‑зеленую) шкалу зеленые оттенки градаций всегда обозначают лучшее (улучшающееся) положение, а красные — худшее (ухудшающееся).

Алгоритмы расчета показателя популяционной устойчивости
Оценка тенденции смертности в 2009 году

На основании данных десятилетнего ряда показателей смертности от инфекционных заболеваний, от новообразований, от болезней органов кровообращения, дыхания и пищеварения для городского и сельского населения в каждом регионе можно определить изменение каждого вида смертности в 2009 году относительно уровня смертности в каждый год предыдущего периода. Для этого рассчитывается отношение показателей смертности в 2009 году к показателю смертности в каждый из девяти предшествовавших лет. Для каждой из девяти оценок (2009/200Х) рассчитывается среднегодовой показатель тенденции изменения смертности. Поскольку длительность периода, за который производится сравнение разная (n=от 1 до 9 лет), то для определения среднегодового изменения необходимо извлечь корень степени 1/n. В результате образуется девять (для Чечни и Ингушетии по пять) оценок среднегодовых темпов изменения смертности в период с 2000 по 2009 годы. Чтобы получить одну среднюю цифру, отражающую динамику процессов именно в 2009 году, надо из этих девяти оценок посчитать весовое среднее, где «весом» выступает длительность периода, за который сделана оценка тенденции. Максимальным весом (9) обладает тенденция, определенная по отношению значений смертности в 2009 году к значению смертности в 2000 году. Минимальный вес (1) имеет тенденция смертности за один год — с 2008 по 2009. Сумма «весов» равна 45 (9+8+7+6+5+4+3+2+1).

Тенденция смертности = (9*(См09/См00)^(1/9) +…+1*(См09/См08)^(1/1))/45

Карта 2. Динамика смертности городского населения от болезней системы кровообращения в 2009 году к смертности в другие годы периода 2000‑2008 гг.

Алгоритмы расчета показателя популяционной устойчивости
Оценка многолетней тенденции смертности в период 2000‑2009 гг.

На основании данных десятилетнего ряда показателей смертности от инфекционных заболеваний, от новообразований, от болезней органов кровообращения, дыхания и пищеварения для городского и сельского населения в каждом регионе можно определить среднее многолетнее изменение каждого вида смертности за этот период. Для этого рассчитывается угол наклона прямой, апроксимирующей все значения смертности изученного периода (по методу наименьших квадратов отклонения расчетного значения от реально наблюдавшегося). В отличие от предыдущего показателя данная тенденция отражает не ситуацию последнего года периода, а средний многолетний ход изменения смертности.

Карта 3. Средняя многолетняя динамика смертности городского населения от болезней системы кровообращения в период 2000‑2008 гг.

Алгоритмы расчета показателя популяционной устойчивости
Оценка интегральной вариации смертности

Значения вариации смертности от всех причин, кроме внешних, а также отдельно подсчитанные вариации смертности для каждой причины в двух группах населения — городское и сельское — (всего 11 значений вариации) объединяются в среднюю весовую оценку. Весами для каждого из одиннадцати значений вариации выступает среднее за 10 лет значение смертности от соответствующей причины на 100 000 человек населения. Соответственно причины, дающие более значительный вклад в общую смертность, имели более значительный вклад и в оценку вариации смертности.

Карта 4. Интегральное значение вариации показателей смертности от совокупности «естественных» причин и от всех причин, кроме внешних, в период 2000‑2009 гг.

Алгоритмы расчета показателя популяционной устойчивости
Оценка влияния размера популяции на интегральную вариацию смертности

Вариация значений смертности, помимо зависимости от факторов популяционного здоровья, имеет чисто статистическую зависимость от размера популяции, для которой производится оценка. В регионах с высокой численностью населения вариация несколько снижается за счет инерционной массы системы. Прямое сравнение регионов в этом случае покажет меньшую устойчивость малых регионов, которая фактически будет вызвана меньшим объемом генеральной совокупности, на которой ведется статистическое наблюдение. Чтобы устранить этот эффект выполнена следующая математическая процедура. По всей совокупности субъектов Федерации, а также федеральных округов и России в целом (как самостоятельных объектов статистического наблюдения), проведены расчеты интегральной вариации смертности. Далее методом регрессионного анализа определена теснота связи показателя вариации и показателя численности населения в каждой из генеральных совокупностей.

Установлено, что положительная зависимость значения вариации от численности населения существует (см. диаграмму), хотя и выражена относительно слабо. Эта зависимость имеет следующий вид:

Вариация смертности = 0.138*Численность населения^-0.1381

Соответственно, для каждого региона можно определить, на сколько выше или ниже оценка интегральной вариации (относительно средней вариации по всем субъектам Федерации) за счет статистического влияния размера популяции. При среднем значении вариации для регионов России равном 5.28% оценка интегральной вариации, не связанной с влиянием размера популяции, определяется по следующей формуле:

Вариация без влияния размера популяции = =Вариация смертности* 0.0528/(0.138*Численность населения^-0.1381)

Карта 5. Интегральное значение вариации смертности с поправкой на размер популяции

Фактически именно эта карта интегрально отражает распределение популяционной жизнеспособности населения по регионам Российской Федерации. Повышенный уровень потенциала жизнеспособности характерен для регионов имеющих значительную по численности часть с сельским укладом жизни в Центральной России, на Кавказе и юге Западной Сибири. Высокая вариация смертности и, соответственно, пониженный потенциал биологической жизнеспособности населения характерен для Северо‑Запада Европейской части России, переживших военный стресс Чечни и Ингушетии, автономных национальных образований Сибири, исключением из которых является Саха (Якутия) и Ямало‑Ненецкий автономный округ.

Оценка экологических условий жизни людей

Особенность реализованного в предыдущем разделе способа оценки потенциала жизнеспособности региональных человеческих популяций — интегральность получаемого результата. Однако даже он не позволяет вычленить роль собственно экологических факторов формирования жизнеспособности населения. Подчеркнем, тем не менее, что прямого решения этой задачи в масштабах регионов не только России, но и любой другой страны пока не существует.

«Плохая экология» — устойчивый штамп, которым обозначают опасность для здоровья людей изменений природной среды под влиянием хозяйственной деятельности человека. Однако документально подтверждаемые последствия антропогенных воздействий есть лишь в локальных случаях экстремальных загрязнений (практически — отравлений) среды. Примером является болезнь Минамата, вызываемая отравлением органическими соединениями ртути. В России подобная опасность есть в зоне Братского водохранилища, где огромные объемы ртути накопились из‑за деятельности Усольехимпрома и Саянскхимпрома.

В то же время, данные массовой медицинской статистики не совпадают с показателями общего загрязнения среды. Дело в дистанции, с которой действуют вредные для организма агенты. Отделить воздействие загрязнения внешней среды от действия веществ, входящих в состав пищевых продуктов, лекарств, питьевой воды, косметики крайне тяжело, и медицинская статистика не способна разделить их влияние на показатели здоровья.

Именно поэтому исследования экологических факторов формирования здоровья сосредотачиваются на статистике конкретных заболеваний людей (особенно детей) вокруг отдельных предприятий. Результаты таких сравнений достаточно часто публикуются как доказательства влияния «плохой экологии». Однако практически все такие исследования избегают параллельного сравнения выборок по уровню и образу жизни людей. А этот фактор часто оказывается решающим, поскольку рядом с проходной металлургического завода живут менее обеспеченные группы людей, которые не могут построить собственный коттедж или купить квартиру в зеленом пригороде.

Чтобы получить оценку роли экологических факторов в потерях популяционного здоровья по всем регионам страны, можно попытаться интегрировать совокупность признаков, отражающих качество среды. Такой интегральный индекс должен будет отражать экологические условия и связанную с ними потерю жизнеспособности. При достаточной полноте и объективности его можно будет использовать для того, чтобы вычленить потери здоровья и дополнительную смертность от экологических причин.

В отсутствие надёжно доказанного влияния конкретных источников загрязнения на здоровье людей следует пользоваться экспертными оценками Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), которая определяет роль экологических факторов формирования здоровья в 20%.

Более конкретным способом оценки является подсчет количества смертей от болезней, для которых установлена статистическая зависимость от качества среды. Примерами статистического влияния низкого качества воды на заболеваемость и вызванную этими болезнями смертность являются гепатиты. Часть смертности от таких заболеваний трактуется как «дополнительная смертность от экологических факторов». Согласно расчету уровня дополнительной смертности, проведенному в соответствии с рекомендациями ВОЗ, 5‑6% от общего количества смертей, не связанных с внешними причинами, в России обусловлено влиянием качества окружающей среды (Б.А.Ревич. Роль окружающей среды как фактора смертности населения России. Бюллетень «Население и общество» № 227‑228, 19‑31 декабря 2005).

Среди факторов дополнительной смертности состояние окружающей среды ставится экспертами на втором месте после факторов образа жизни, таких как курение, алкоголь, наркотики, недостаток физической нагрузки, и опережает по влиянию риск дополнительной смертности от инфекционных болезней.

Чтобы получить оценку экологических факторов, потенциально влияющих на популяционное здоровье, выполнена интеграция совокупности признаков, объективно отражающих качество среды, с которой население соприкасается в домашних условиях, в черте поселений, на рабочих местах и отдыхая на природе. Такой интегральный индекс отражает сочетание факторов экологических условий быта (обеспечение безопасной водой, наличие комплекса коммунальных услуг и т.п.), экологических условий в черте поселений (загрязнение воздуха и теснота застройки), а также условия на рабочих местах (вредные и опасные условия труда и т.д.) и рекреационного поведения населения.

Чтобы собрать сведения, необходимые для решения поставленной задачи, были подобраны статистически наблюдаемые показатели, пригодные для характеристики и количественного сравнения экологических условий жизни, работы и отдыха.

Качество бытовых условий формирования здоровья

Для оценки качества условий в жилых помещениях использованы показатели:

Уровень оборудования жилого фонда разными элементами коммунально‑бытовой инфраструктуры (водопроводом, централизованным отоплением, горячим водоснабжением и канализацией) представлен в статистике по каждому региону. Чтобы получить интегральную оценку по всем параметрам, используется расчет среднего геометрического (показатели перемножаются и возводятся в степень 1/4).

Интегральный показатель экологических факторов формирования здоровья, действующих в бытовой обстановке, формируется из двух компонент — уровня обустройства жилых помещений основными коммунальными удобствами и безопасности используемой населением воды.

Схема (дерево) объединения показателей в интегральную оценку действующих в быту экологических факторов формирования здоровья

В начале выполняется два ранжирования (по коммунальным удобствам и по безопасности воды), а затем проводится интегральное ранжирование регионов по сумме мест в двух ранговых списках. При равенстве суммы мест (такие варианты возникают) выше ставится тот регион, у которого меньше произведение мест.

Карта 6. Качество бытовых условий формирования здоровья в 2009 г.

Здесь и далее для карт в монохромной цветовой палитре улучшение показателя (более высокие места в ранговых списках) отражаются более интенсивной, а ухудшение — более бледной окраской.

Качество условий формирования здоровья в черте поселений

Для оценки экологических условий на улицах необходимо было отразить степень загрязнения воздуха и тесноту застройки в населенных пунктах. Для этой оценки были собраны следующие показатели:

Сеть мониторинга загрязнений воздуха пока не имеет сплошного покрытия населенных пунктов страны, а там, где имеется, обычно расположена в нескольких точках, дающих индивидуальные показатели, не экстраполируемые на всю территорию поселений и всё население. В этих условиях более репрезентативные сравнения можно выполнить путем сопоставления выбросов загрязняющих веществ от транспорта и предприятий с площадью, в пределах которой концентрируется основная часть и выбросов и воспринимающего их населения. Индикаторами концентрации населения и антропогенных выбросов могут выступать площадь застройки и площадь дорог. Поскольку основная масса автомобильных выхлопов концентрируется на территории населенных пунктов, то для этого вида воздействий индикатором площади зоны основных выпадений может выступать площадь (S) дорог в черте поселений. Индикатором выбросов в атмосферу от стационарных источников может выступать площадь всех видов застройки и дорог в черте населенных пунктов. Соответственно, общую оценку воздействия загрязнений на население можно считать по следующей формуле:

Оценка воздействия = Выхлопы/S дорог в поселениях +Выброс/S застройка+дороги в поселениях

Оценка тесноты застройки населенных пунктов производится по отношению площади застройки к сумме площадей застройки, прилегающих к застройке дорог и с/х земель (сады и огороды) в черте населенных пунктов.

Интегральный показатель экологических факторов формирования здоровья, действующих в черте поселений, формируется из двух компонент — уровня загрязнения воздуха (выбросов и автомобильного выхлопа на единицу площади застройки и дорог в поселениях) и тесноты застройки территории поселений в 2009 году.

Схема (дерево) объединения показателей в интегральную оценку действующих в черте поселений экологических факторов формирования здоровья

В начале выполняется два ранжирования (по поступлению загрязнений и по тесноте застройки), а затем проводится интегральное ранжирование регионов по сумме мест в двух ранговых списках. При равенстве суммы мест (такие варианты возникают) выше ставится тот регион, у которого меньше произведение мест.

Карта 7. Качество условий формирования здоровья в черте поселений в 2009 г.

Качество условий формирования здоровья на рабочих местах

Для оценки качества условий на рабочих местах использованы показатели численности людей, занятых во вредных и опасных условиях труда. При этом использовано два варианта нормирования этого показателя: на численность занятых в тех отраслях, по которым ведется мониторинг качества условий на рабочих местах (промышленность, строительство, транспорт), и на все работающее население:

Схема (дерево) объединения показателей в интегральную оценку действующих на рабочих местах экологических факторов формирования здоровья

Интегральный показатель экологических факторов формирования здоровья, действующих на рабочих местах, определен как среднее геометрическое из двух показателей за 2009 год.

Карта 8. Качество условий формирования здоровья на рабочих местах — по % работающих во вредных условиях труда в 2009 г.

Качество и активность отдыха на природе

Для отражения активности отдыха от бытовой суеты, для общения с природой и получения психофизической разгрузки мы подбирали показатели, способные выступить индикаторами регулярности пребывания населения за границами населенных пунктов, не связанного с работой, в т.ч. на садово‑огородных участках. Лучшим из индикаторов, обеспеченных надёжной статистикой в разрезе регионов, мы сочли сведения о численности охотников и рыболовов. Поскольку регистрация охотников, людей владеющих оружием, налажена лучше, чем рыболовов, мы в итоге остановили свой выбор именно на этом показателе. Охотники — люди, которые в силу склада характера, опыта и материального оснащения, не только сами отдыхают или работают на природе, но и часто выступают лидерами, организующими такую форму отдыха людей, формально не состоящих в обществах охотников и рыболовов.

Карта 9. Качество и активность отдыха на природе по доле охотников в населении трудоспособного возраста и старше (%).

В качестве индикатора регулярности и степени активности отдыха на природе использован показатель доли охотников в населении трудоспособного возраста и старше.

Интегральная оценка экологических условий жизни.

Это расчетный показатель представляет собой интегральную оценку по сумме мест в четырех ранговых списках, отражающих роль экологических факторов формирования здоровья населения, действующих:

Схема (дерево) объединения показателей в интегральную оценку экологических факторов формирования здоровья

Для количественной оценки тесноты связи каждой группы показателей и интегрального индикатора экологических условий жизни населения выполнен расчет коэффициентов корреляции с интегральным показателем популяционной жизнеспособности населения в регионах Российской Федерации. Результаты приведены в следующей таблице.

Таблица. Коэффициенты корреляции факторов формирования здоровья и показателя популяционной жизнеспособности.
Факторы формирования здоровья Корреляция
Экологические условия быта 19.4%
Экологические условия в поселениях 33.7%
Экологические условия на рабочих местах 25.2%
Экологические условия отдыха на природе 28.3%
Интегральная оценка экологических условий 40.4%

Для зрительной оценки степени сходства и характера различий интегральной оценки жизнеспособности (карта 5) и экологических факторов здоровья (карта 10) мы воспроизводим эти карты рядом в монохромной цветовой палитре.

Карта 5. Интегральное значение вариации смертности с поправкой на размер популяции

Карта 10. Качество экологических условий формирования здоровья в 2009 г.

В основных чертах пространственное распределение качества экологических условий повторяет распределение потенциальной жизнеспособности населения (низкая вариация показателей смертности от естественных причин). Повышенные значения на обеих картах приурочены к макрорегиону Европейского центра страны, южным регионам и некоторым регионам юга Западной Сибири. Пониженный уровень популяционного здоровья совпадает со снижением качества экологических условий жизни на Северо‑Западе Европейской части страны и в некоторых регионах Сибири. С автономиями юга Сибири (Тыва, Хакасия, Алтай) связаны наибольшие различия — высокое качество экологических условий при низком уровне популяционной жизнеспособности. Противоположная ситуация в нефте‑газодобывающих автономиях (ЯНАО, НАО, Югра), где повышенный уровень популяционного здоровья в основном пришлых контингентов населения наблюдается при пониженных уровнях экологических условий жизни людей.

Оценка динамики экологических условий жизни.

Оценка изменений экологических факторов формирования здоровья после 2008 и 2000 года (2009/2008, 2009/2000) производилась по динамике тех же показателей, которые использованы при оценке качества условий формирования здоровья (за исключением показателя % охотников, по которому нет сопоставимых по годам рядов данных). Последовательность «сборки» интегральных критериев динамики была той же, что и при оценках экологических факторов. В расчетах помимо данных за 2009 год используются сведения и за 2008 и 2000 год.

Интегральная оценка выполнена по сумме мест в трёх ранговых списках динамики качества условий формирования здоровья — в быту, в черте поселений и на рабочих местах.

Карта 11. Интегральная оценка динамики качества экологических условий формирования здоровья после 2008 г. (2009/2008)

Карта 12. Интегральная оценка динамики качества экологических условий формирования здоровья после 2000 г. (2009/2000)

Состав критериев рейтинга по человеческому потенциалу

Для интегрального рейтинга необходимо объединить в единую оценку показатели популяционной жизнеспособности и качества экологических условий формирования здоровья, а также динамики этих индикаторов. Соответственно рейтинг субъектов Российской Федерации по человеческому потенциалу экологически устойчивого развития будет определен на основе ранжирования регионов по шести критериям с последующим определением суммы мест и интегрального ранжирования по этой сумме.

Схема (дерево) объединения критериев при определении рейтинга